Мечтатель (dreamer_m) wrote,
Мечтатель
dreamer_m

Categories:

Медденайд: Тёмная Тропа (3)

Способ в теории выглядел замечательным, но на практике применении его как-то откладывалось. Погода совершенно не манила из дома, Таша продолжала то болеть, то вяло изображать работу, а вылезала в основном в магазины. Шлада переводила четвёртый том серии «Тайны Двора Синжат», страшно ругая автора, а также всех, кто вообще решил, что такой бред можно и нужно переводить на какой бы то ни было язык, тем более – издавать и тратить на него ценную целлюлозу. Таша слушала избранные цитаты, соглашалась, тихонько грызла свой собственный кактус. Периодически вещи в доме не выдерживали атмосферы, внезапно ломаясь и хряпаясь – преимущественно в ташиных руках.
В тот день она везла из торгового центра новый плафон для лампочки в ванной взамен прежнего, что недавно скончался в её руках смертью хрупких. Ей отзвонилась Шлада:
– Привет. Ты дома когда собираешься быть?
– Через полчаса, наверное. Я как раз на подходе к остановке 617-ой.
– Тут ко мне мама минут через двадцать зайти хочет…
– Э? Мы с ней о чём-то договаривались?
– Да нет. Я подумала, что не знаю, хочешь ли ты с ней пересекаться.
Выражение лица Таши было видно только парковой решётке.
– То есть мне, наверное, лучше пока где-нибудь погулять? Надолго она к тебе?
– Не знаю ещё. Там у Квиши кое-что случилось, так что это в связи с ней, насколько я понимаю.
– Ладно, я понял. Буду уже совсем вечером.


– Ага, удачи!


Дальше Таша ещё раз изучила пакет с плафоном и попыталась запихать его в свой рюкзачок. Не влезло. Она свернула в сторону от остановки, добежала до входа в парк, потопталась перед вороной – точно не судьба, фонарик-то не с собой! – отправилась обратно, заскочила в аптеку, поизучала там витрины, ничего в результате не купила, снова потопала к остановке, вернулась, зашла в парк, на сей раз поглубже; рассеянно потирая подмёрзшие пальцы, снова порысила наружу, к магазинам, цапнула в кафешке горячего шоколада и просидела с ним целых пятнадцать минут; выползла из кафе со своим пакетом и продолжила своё броуновское движение в сторону проспекта Нерушимого; пробежала, ничего не замечая, прямо сквозь стаю бродячих собак, которые на всякий случай чуть подались в стороны; выскочила на серию остановок и на старом-старом автопилоте доползла до той, с которой можно было доехать до того дома, в который ей больше никогда не стоит возвращаться.
Только на остановке она проморгалась и на всякий случай отошла от подошедшей маршрутки.
– Я ж так снова в знакомую камеру заберусь. Согреться и поспать.
Она хихикнула – и чуть ли не вручную разжала гримасу на лице и сошедшиеся вместе лопатки. Отправилась назад, к парку, к терпеливой чугунной вороне.
– А как бы мне всё-таки не в камеру, а? – спросила она её за отсутствием лучшего собеседника.
В парке меж тем к вечеру отнюдь не становилось теплее; ворона чуть растопыривала крылья, косясь на ближайшую лужу – мол, ты ещё не самые плохие варианты перебираешь.
– А действительно, куда я ещё могу попасть, если не вырулю?

Туда, где ещё холоднее, разумеется.
Например, в ледяную пропасть.
Куда бы она ни шла, это МОЖЕТ случиться ещё раз.
Ох.

Таша поволоклась со своим пакетом к остановке, на сей раз – той, где транспорт идёт до Шлады. В крайнем случае, столкнёмся на кухне и опять переругаемся. От этого, наверное, иногда умирают, но редко замерзают.
Через полчаса она уже в полутьме ковырялась, пытаясь попасть ключом в замок – и всё никак не попадала. Загнав наконец проклятую железку куда получилось, она резко повернула её и дёрнула дверь так, словно надеялась сорвать уже наконец с петель и тем решить проблему раз и навсегда. Движение, однако, вышло вялым и смазанным. Таша в свете открытой прихожей с недоумением просмотрела на свои руки: запястья заметно и асимметрично поплыли, теряя форму, пальцы заметно подплющились от недавней нагрузки.
– Азиопа, – пробормотала Таша. – Опять начинается.
Шлада вылезла ей навстречу. Одна? Таша скосила глаза: чужих курток прямо сейчас в прихожей не висело.
– Что там у тебя начинается?
– Нечто нецензурное.
Предательство тела некоторым образом успокаивало. Это было гораздо понятнее и проще подозрения, что она сошла с ума.

В Веренну Таша ломанулась прямо на следующее утро, в половину шестого, с фонариком наперевес, без завтрака и без объяснений для Шлады – куда это, мол, в такую рань.
За переправой её встречала здоровенная собака, которая даже не гавкнула, а сразу и без разговоров ухватила за рукав куртки и потянула – сюда.
– Дожили, – сказала собаке Таша. – Меня уже проще волочь, чем вести, да? Скоро буду сквозь щели ползать и в рюкзак упаковываться.
Словно в качестве ответа, собака повела её дальше не самым аккуратным маршрутом – там, где самой псине не составляло труда пролезть, человек собирал головой и плечами всевозможные ветки, в том числе и довольно колючие. Свободной рукой Таша отмахивалась от них, как могла. Одна из веток всё-таки больно влетела ей по лицу. Больно… значит, ещё из мяса, а не из протоплазмы. Ещё попрыгаем.
– О! Вот кого зубастики всё это время встречали! – послышался голос спереди. Пёс отпустил наконец рукав и гавкнул освободившейся пастью.
– «Всё это время»?.. Доброе утро, кстати.
– Они уже несколько недель там вертятся, по очереди караулят. Прямо извелись. А, да, утро.
Таша рассмотрела говорящего. Он и сам имел слегка псовый – точнее, шакалий – вид. По крайней, мере, в отношении башки. Под башкой-то он был вполне человекообразен, и даже вполне стильно прикинут этника-стайл, с закосом под бахромистого канадского индейца, только на полметра мельче, чем следовало бы по жанру.
– Меня зовут...
«Талена Сарукеевна Пескарь», чуть не представилась она, как для заполнения официальной анкеты.
– ...Медденайд.
– Рески, – тяфкнул её собеседник. – Ну, пошли. А то Гарурта сказал до вечера всем из района выгрестись, у единорогов опять игрища, лучше не подворачиваться.
– Игрища? – Таша попыталась сопоставить сказанное с образом белого трепетного существа, прячущегося от людей в глубоких чащах и не боящегося разве что нежных девственниц.
– Ну да. Танцы, догонялки, игровое фехтование на рогах без защиты. Им-то нормально, и вашим городским амёбникам, кстати, тоже. А вот я, пожалуй, от недобровольного участия и попортиться могу.
– Сейчас, погоди, – Таша остановилась вытряхнуть наконец из ботинка набившийся за время недолгой прогулки мусор. Рески рассматривал её, шевеля ушами, затем вдруг спросил:
– Слушай, а ты, когда рождался – застрял и долго не вылезал?
Ничего себе смена темы.
– Откуда ж я помню. Хотя мама вроде говорила, что роды затянулись и что-то там врачи слишком поздно сделали… Ты чего ржёшь?
– Над своей догадывалкой в основном. Она у меня специфическая.
– Я заметила. Часто морду бьют?
– Часто! – и Рески потопал дальше с такой ухмылкой, что Медденайду аж завидно стало.

This entry was originally posted at http://yutaku.dreamwidth.org/275123.html. Please comment there using OpenID.
Tags: гвиннайд и медденайд
Subscribe

  • Истории о золоте и огне: моя книга

    Я собрала-таки под одну обложку те сказки ракров, что не попали в первый сборник; добавила туда же истории про Рёки из птичьего гнезда, добывшего…

  • Красивости жизни

    В магнитную бурю, когда голова тупиииит над застрявшим в ней текстом, можно сидеть и втыкать: Найдено у iretis P.S. А ещё я обзавелась…

  • С равноденствием всех :)

    Редчайший случай - сезонное гадательное в этом журнале :) Дары Остары P.S. У меня есть с некоторых пор привычка по мере смены сезонов…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments

  • Истории о золоте и огне: моя книга

    Я собрала-таки под одну обложку те сказки ракров, что не попали в первый сборник; добавила туда же истории про Рёки из птичьего гнезда, добывшего…

  • Красивости жизни

    В магнитную бурю, когда голова тупиииит над застрявшим в ней текстом, можно сидеть и втыкать: Найдено у iretis P.S. А ещё я обзавелась…

  • С равноденствием всех :)

    Редчайший случай - сезонное гадательное в этом журнале :) Дары Остары P.S. У меня есть с некоторых пор привычка по мере смены сезонов…