Мечтатель (dreamer_m) wrote,
Мечтатель
dreamer_m

Categories:

Гвиннайд: Колодец в развалинах (4)

В тот вечер Лёсик много-много говорил. Спрашивал. Объяснял. Извинялся. Снова объяснял.

Следующую встречу Уля не назначила. Через несколько дней – перестала брать трубку. Лёсик попытался неожиданно подъехать к ней вечером. Ему открыли после длинной серии звонков. В квартире Уля оказалась не одна: у неё сидела какая-то посторонняя пара, одутловатая очкастая женщина и при ней примерно сто килограмов очень сытого и ленивого сисадмина, который быстро сгрёб Лёсика и стал ему рассказывать свои давние приключения в армии и чужие свежие анекдоты о прокладке сетей. Поговорить с Улей наедине в тот вечер так и не вышло.
Лёсику оставалось писать письма.

«В конце концов, я всего один раз ошибся. Я извинился. А ты до сих пор мне пытаешься это припоминать. Где твоё адекватное, взрослое отношение к жизни?
Я не говорил о тебе ни одного дурного слова, и ты совершенно напрасно взвилась из-за Таши. Поверь, я её не первый день знаю, в отличие от тебя; она хамка и по-хорошему вообще не понимает. Мне очень жаль, что тебе пришлось это выслушивать, но всё же тебе следовало отменять встречи отнюдь не со мной.
Я пытаюсь с тобой договориться, а ты упорно продолжаешь отвергать все конструктивные решения. Я так пытаюсь тебе помочь. Ты так и не говоришь, чего хочешь, хотя я много раз спрашивал. Ну что я могу для тебя сделать?»



На первое же такое письмо Уля с задержкой, но ответила:
«Не надо больше ничего для меня делать. Всё, я сдохла. Я не хочу тебя видеть и слышать. Как минимум, несколько месяцев».

К концу недели писем от Лёсика в её ящике было на сорок штук больше.
Он подозревал, что ей нужны деньги, медицинская помощь, срочный отпуск – но она отказывалась что-либо брать. И кабы у Лёсика денег не было... так ведь были. Он держал их пока на карте, напрочь не представляя, когда и на что же они наконец понадобятся – но это было самое доступное и универсальное топливо, его можно было запасать для любого будущего рывка.

Меж тем Город сошёл с ума. Какие-то отморозки подожгли тот приют животных, которому Лёсик уже некоторое время потихоньку, в порядке благотворительности, скидывал небольшие суммы. Знакомые по кошатническому форуму выкладывали у себя фотки – и до пожара, и после; Лёсик смотрел и на те, и на другие, после чего случайно тёр и редактировал не те рабочие файлы. Не мог спать. Технический и профессиональный взгляд человека, обработавшего тысячи самых разных фотографий, не спасал. Люди выкладывали снимки недорозданного котячьего выводка и их черепаховой мамы. Люди выкладывали снимки Пуси, серой и одноглазой, которой так и не нашли нового владельца за тот год, что она в приюте провела – предсказуемо, у котят было всё-таки больше шансов, чем у издёрганного немолодого животного. Выкладывали снимки обгоревшего пустого зала, который теперь требовал капитального ремонта, прежде чем в этом здании можно будет разместить что бы то ни было. Пожар заметили и побежали тушить слишком поздно, большинство животных успело задохнуться. На форуме и в сообществе gorodcats Лёсик выложил малую долю того, что собирался пожелать и поджигателям, и проспавшей всё ночной охране, и тем, кто халтурно устанавливал пожарную сигнализацию, и тем, кто сейчас выкладывал все эти фотографии вместо того, чтобы что-то полезное сделать. На кошкофоруме его в результате забанили, из gorodcats он пригрозился уйти сам. Не ушёл.
«В трудную минуту люди очень ярко показывают, какие из них на самом деле друзья», – было одной из последних его форумных реплик. С модератором сообщества он был знаком не только виртуально, даже один раз успели вместе выпить. Модератор показал себя ярко и лаконично.

Лёсик вынырнул обратно в оффлайн. В оффлайне вокруг тоже был сплошной Город. Последний газон в видимом из окна дворе заасфальтировали, создавая дополнительное парковочное место. Точнее, официально объявляя его таковым, поскольку и в бытность этого места газоном, сколько Лёсик помнил, на месте бывшего ограждения зияли три огромные прорехи, а над куцей газонной травкой постоянно нависал чей-нибудь капот.

По дороге на работу он свернул до часовни, где золотая Энван с короной в руке терпеливо встречала приходящих с вопросами и просьбами. Поставил свечу – пусть Уля наконец уже выздоровеет, пусть вернётся.
Уля не вернулась. Зато в конце недели директор выдернул его, чтобы сообщить: потребуется-таки дополнительная координация работы между двумя филиалами, и да, дизайнеров это тоже касается. А поскольку разбирающихся в вопросе, активных и амбициозных специалистов у них не так много, то не мог бы Леоксан Биреевич?.. Леоксан Биреевич мог. По крайней мере, с повышением заработной платы.
Вернувшись домой – то ли на этот день, то ли на следующий, оно как-то уже практически не имело значения – он выложил о случившемся запись в блоге. Написал ещё раз Уле. Достал из бара вино к ужину. Он не то, чтобы отмечал, хотя повод был вполне подходящий; и не то, чтобы собирался напиваться – ему этой головой ещё отвечать на письма. Просто в последние два месяца он без алкоголя уже не мог есть.

На следующей неделе он предпринял ещё одну попытку внезапного вечернего визита. В этот раз к двери Уля подошла почти сразу, а вот после того, как он откликнулся на вечный вопрос – долго молчала. Отходила куда-то, вернулась к двери, снова встала перед ней. Лёсик позвонил ещё раз - и наконец услышал щелчок задвижки.
– Ты зачем пришёл? – спросила его зелёная-зелёная, безнадёжно отёкшая и давно уже не прыткая ящерица. Уже и не ящерица даже.
Он бросился к ней, обнял. Держал её, гладил, а она стояла неподвижно и только тихо-тихо шипела.
– Я к тебе, – ответил Лёсик наконец.
– К Энван, значит, больше не собираешься?
Вместо того, чтобы впустить гостя в квартиру, она сама выдвинулась на холодную зимнюю лестницу, как есть, в джинсах и домашних шлёпанцах. Тщательно прикрыла дверь, не выпуская рвущуюся на волю кошку.
– Сейчас важнее ты. Твоя ситуация.
– Тогда в Веренну пойду я. Прямо сейчас.
«С лестницы в тапочках?» – успел подумать Лёсик, хватаясь за неё – и понимая, что не входит в Веренну, а прямо-таки проваливается туда, где разваленные стены чьего-то Дома и колодец, и дорога куда-то дальше.

This entry was originally posted at http://yutaku.dreamwidth.org/281155.html. Please comment there using OpenID.
Tags: гвиннайд и медденайд
Subscribe

  • История Шенез из Махвиристана

    Разговор, который мог случиться между инспектором Ведвитом и Скульд Ненашней ближе к концу киэлесткинских историй. А мог и не случиться, потому что…

  • Про Киэлесткин

    Спасибо всем, кто читал и комментариями поддерживал этот долгострой. Необычайно медленный текст для меня вышел, учитывая, что писала я его аж с 2014…

  • Откуда берутся демоны-10

    - Что, опять не собрались наши молодые этнопрактики? – Скириэн обнаружила Ведвита одного. - Не, всем не до того. Думаю, можно уже больше не ждать.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 98 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • История Шенез из Махвиристана

    Разговор, который мог случиться между инспектором Ведвитом и Скульд Ненашней ближе к концу киэлесткинских историй. А мог и не случиться, потому что…

  • Про Киэлесткин

    Спасибо всем, кто читал и комментариями поддерживал этот долгострой. Необычайно медленный текст для меня вышел, учитывая, что писала я его аж с 2014…

  • Откуда берутся демоны-10

    - Что, опять не собрались наши молодые этнопрактики? – Скириэн обнаружила Ведвита одного. - Не, всем не до того. Думаю, можно уже больше не ждать.…