Мечтатель (dreamer_m) wrote,
Мечтатель
dreamer_m

Category:

Дэнжи и дети, часть 1

Начинаю выкладывать обещанное в прошлом посте.



Когда ребёнку ещё 3 года, большинство взрослых как-то легко догадываются, что дэнжи - настольные ролевые игры - ему пока рано. Он является к вам, размахивая игрушечными осликом и котиком, и показывает, как котик приходит к ослику и что-то ему говорит. Но объясняется он при этом так, что речь понимает в основном мама. Более-менее. А когда понимает, то обнаруживает, что ребёнок ей сообщает о том, что у ослика с котиком что-то произошло - но явно не предлагает в это поиграть. Понятным взрослому образом, во всяком случае. Гораздо больше его интересует мамина реакция - что она скажет и сделает, будучи мамой, а не осликом и не котиком. Нет, если мама возьмёт ослика и начнёт им играть, он будет внимательно наблюдать. За осликом. И за мамой. Это - тоже ответ, "что мама сделает".




Сам он при этом ведёт себя скорее как режиссёр известной ему уже (обычно и правда известной - например, в мультфильме виденной) короткометражки. Но не как актёр. А когда он «актёрски» подражает взрослым - например, залезает и дотягивается до компьютерной клавиатуры, чтобы стучать по ней, приговаривая «Яаотаа!» (= «Я работаю»), то он, безусловно, «актёр», но совершенно не ожидающий, что окружающие разберут ещё какие-нибудь роли и начнут делать из его поведения сюжет, совместно. Наоборот, ему будет удобнее, если мама и папа поблизости останутся предсказуемым и стабильными мамой и папой. А подражает здесь только он.


Годам к 4-5 многое меняется. Ребёнок не просто говорит внятно, у него и игры становятся сложнее. «Экранный» ребёнок, много смотревший на персонажей мультфильмовых и компьютерных, разыграет готовые куски и ситуации из них, причём вполне справится без мамы и даже сможет как-то (с трудом) играть в это с другими детьми. «Книжный ребёнок», которому много читали, имеет чуть больше шансов составить и рассказать полноценную драматическую историю - в ней будут определённые персонажи, завязка, развитие драматических событий, кульминация, развязка и какой-то эпилог. Всё - из знакомых ребёнку тропов и шаблонов, но нередко скомбинированных неожиданным образом. И уж точно этот ребёнок периодически носится по квартире в костюме человека-паука, "лисёнка" или иного знакомого персонажа. Мы в этом возрасте, помнится, кругами ходили на даче вокруг куста смородины, несли "знамя" и пели песню про Щорса. Не спрашивайте, почему и зачем. Что попало в голову, в то и играли.

И тогда родителям приходит в голову – так можно же, наверное, в один шаг сделать из этого дэнж! Ну да, история будет не про то, как команда бомжей-убийц грабит гоблинские подземелья. Пусть будет милая детская история про то, как медвежонок с поросёнком на день рожденья к ослику пошли, а по дороге у них случатся какие-нибудь препятствия. Но не пчёлы, это не интересно, это уже в мультфильме было (вот оно, взрослое отношение к игре вместо детского! Оно именно так выглядит!). Пусть через речку перебираются, или встретят хитрого лиса, который будет себе подарок выпрашивать…

Взрослые обычно легко и сами, без подсказок, догадываются, что:
- Ведущим придётся быть взрослому, ребёнок явно не возьмётся и даже не поймёт, чего от него хотят.
- Обеспечение игровой механики, обсчёт любых параметров и бросков будет полностью на взрослом. Можно положить перед пятилетним ребёнок чарник Pathfinder. Возможно, этот ребёнок даже умеет читать и немного считать. Но объяснить ему, ЗАЧЕМ читать чарник и считать цифры во время игры, может оказаться крайне трудно.
- У ребёнка ненадолго хватает внимания и терпения. Про привычные игровые забеги на 6 часов забываем, закладываемся на то, что любая сцена должна как-то закругляться за 15 минут, потом ребёнок захочет передых, и следующий кусочек надо будет давать тоже короткий.

С этим взрослые, которые не в первый раз видят своего ребёнка всё-таки, так или иначе справляются. Обо что они убиваются на самом деле:

Ребёнок не принимает за своего персонажа решений!

То есть ребёнок 4-5 лет сидит и слушает про то, как медвежонок с поросёнком дошли до речки. Судя по виду, ему интересно. Но если взрослый спрашивает его, что ребёнок-медвежонок - теперь делает, ребёнок может:

- Продолжать сидеть тихо и ждать, когда мама сама расскажет, что дальше было.
- Сказать, что пришла обезьянка и сделала всем мост.
- Сказать, что там не речка, а дупло с пчёлами.
-Сказать, что медвежонок устал и сядет кушать. Где медвежонок возьмёт еду, ребёнку неинтересно.
- Отвлечься и захотеть есть, пить, лего и мультфильм.

Чего от него труднее всего добиться, так это ответа «Я-медвежонок валю дерево и делаю мост» или «Я-поросёнок стою на берегу и зову кого-нибудь на помощь». То есть ровно того, что мы называем «заявкой игрока» и которая предполагается как протокольный элемент в классической настольной ролевой игре «театра разума». Для взрослых, привыкших к тому, что ребёнок на деле довольно лихо и дерзко может добывать предметы с запертых верхних частей шкафов, многоходово разводить бабушку на доступ к мультфильмам или вполне целеустремлённо ныть в магазине, это часто сюрприз. Что же он теперь-то вдруг?

Продолжение следует, совсем скоро.

This entry was originally posted at https://yutaku.dreamwidth.org/462496.html. Please comment there using OpenID.
Tags: дэнжи и дети
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments